Паскаль Бруно



Но вместо того чтобы прибегнуть к ухищрениям кокетства, как она
собиралась это сделать поначалу, Джемма застыла у зеркала в порыве наивного
восхищения: до того понравилась она себе в этом домашнем убранстве; так,
вероятно, взирает на себя цветок, склонившийся над поверхностью ручья;
однако в этом чувстве не было гордыни; она как бы возносила хвалу Господу,
создавшему такую красоту. Словом, она ничего не изменила в своей внешности.
Да и какая прическа лучше выявила бы несравненную прелесть ее волос, чем
тот беспорядок, при котором они свободно рассыпались по плечам? Какая кисть
могла бы прибавить что-либо к безукоризненному рисунку ее шелковистых
бровей? Какая помада посмела бы соперничать с цветом ее коралловых губ,
сочных, словно плод граната? И, как мы уже говорили, она вперила взгляд в
зеркало с единственным желанием полюбоваться собой, но мало-помалу
погрузилась в упоительные, восторженные мечты, ибо одновременно с ее лицом
зеркало, стоявшее у раскрытого окна, отражало небо, которое служило как бы
фоном ее ангельской головки; и, наслаждаясь неясным и безграничным чувством
счастья, Джемма без повода, без цели считала в зеркале звезды, которые
зажигались одна за другой, и вспоминала их названия по мере того, как они
появлялись в эфире. Вдруг ей показалось, что какая-то тень загородила
звезды и позади нее возникло чье-то лицо; она поспешно обернулась: в окне
стоял незнакомый мужчина. Джемма вскочила на ноги и открыла рот, чтобы
закричать, но неизвестный спрыгнул на пол и, сложив с мольбой руки,
проговорил:
- Во имя неба, никого не зовите, сударыня. Клянусь честью, вам нечего
опасаться: я не хочу вам зла!..


II

Джемма упала в кресло, и вслед за появлением незнакомца и его словами
наступило молчание, во время которого она успела бросить быстрый, боязливый
взгляд на незванного гостя, который проник в ее спальню столь странным,
непозволительным способом.
Это был молодой человек лет двадцати пяти - двадцати шести,
по-видимому, простолюдин: на нем была калабрийская шляпа с широкой лентой,
спускавшейся на плечо, бархатная куртка с серебряными пуговицами и такие же
штаны; его стан стягивал красный шелковый пояс с зеленой вышивкой и
бахромой - такие пояса изготавливают в Мессине, которая позаимствовала их у
стран Леванта. Кожаные ботинки и гетры дополняли этот костюм истого жителя
гор, костюм, не лишенный изящества и как бы созданный, чтобы подчеркнуть
стройность того, кто его носил. Лицо незнакомца поражало суровой красотой:
резкие черты южанина, смелый, гордый взгляд, черные волосы и борода,
орлиный нос и зубы, как у шакала.
Очевидно, Джемму не слишком успокоил вид молодого человека, ибо она
протянула руку к столу в поисках стоящего там серебряного колокольчика.


Страницы: (61) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Тем временем:

... Ich bin fremd und Kц¶nig, und achte eure Gesetze und
Herkommen
nicht.
Jetter. Du bist ja ц¤rger als der Spanier; der hat sie uns
doch bisher
lassen mцјssen.
Ruysum. Was?
Soest (laut). Er will uns gastieren; er will nicht haben,
daцџ wir
zusammenlegen und der Kц¶nig nur das Doppelte zahlt.
Ruysum. Laцџt ihn! doch ohne Prц¤judiz! Das ist auch seines
Herrn Art,
splendid zu sein und es laufen zu lassen, wo es gedeiht.
(Sie bringen Wein.)
Alle. Ihro Majestц¤t Wohl! Hoch!
Jetter (zu Buyck). Versteht sich: Eure Majestц¤t.
Buyck. Danke von Herzen, wenn's doch so sein soll.
Soest. Wohl! Denn unserer spanischen Majestц¤t Gesundheit trinkt
nicht
leicht ein Niederlц¤nder von Herzen.
Ruysum. Wer?
Soest (laut). Philipps des Zweiten, Kц¶nigs in Spanien.
Ruysum. Unser allergnц¤digster Kц¶nig und Herr! Gott geb' ihm
langes
Leben.
Soest. Hattet Ihr seinen Herrn Vater, Karl den Fцјnften, nicht
lieber?
Ruysum. Gott trц¶st' ihn! Das war ein Herr! Er hatte die Hand
цјber den
ganzen Erdboden und war euch alles in allem; und wenn er euch
begegnete, so
grцјцџt' er euch wie ein Nachbar den andern; und wenn ihr
erschrocken wart,
wuцџt' er mit so guter Manier - ja, versteht mich - Er ging aus,
ritt aus,
wie's ihm einkam, gar mit wenig Leuten. Haben wir doch alle geweint,
wie er
seinem Sohn das Regiment hier abtrat - sagt' ich, versteht mich -
der ist
schon anders, der ist majestц¤tischer.
Jetter. Er lieцџ sich nicht sehen, da er hier war, als in
Prunk und
kц¶niglichem Staate. Er spricht wenig, sagen die Leute.
Soest. Es ist kein Herr fцјr uns Niederlц¤nder. Unsre Fцјrsten
mцјssen
froh und frei sein wie wir, leben und leben lassen...